Главная Премия Hugo Премия Nebula Премия Locus Хронология В живых уж нет..

Hugo - 1968
Скачать книгу Download book
Князь света, Желязны Роджер
Lord of Light, Roger Zelazny
    S Увы, писатель нас покинул...

ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ИДЕИ

Технологии или явления, предложенные автором, которых не существовало
в реальной жизни на момент написания произведения:


Пеленгация мозговых импульсов для отслеживания местонахождения индивида
Устройство для переселения души из одного тела в другое. Зелязны создал мир, в котором реинкарнация стала возможна
РЕЦЕНЗИЯ

(курсивом выделены вставки из книги)
Когда-то его называли богом Смерти, Ямой, нередко добавляя к этому имени второе — Дхарма, ибо был он также и богом Справедливости. Когда-то он был одним из наиболее могущественных богов; его смертельного взгляда боялись даже те из них, которые были Первыми, а ведь сам он был вдвое моложе Небесного Града. Когда-то мало кто из живущих — людей ли, богов — рискнул бы выйти против него один на один.

Да, пожалуй, и сейчас его, повергнутого с Небес на землю, никому не удастся одолеть в одиночку. Узнай боги о том, где скрывается Яма, они попросту навалятся на него все вместе, и в этот раз он уже вряд ли сумеет избежать подлинной смерти.

Яма нуждался в могущественном союзнике, и потому, величайший из мастеров, он и возился сейчас с молитвенной машиной, расположенной в монастыре богини Ночи — Ратри.

На здание, на лотос, на джунгли у подножия горной цепи сплошной пеленой падал мелкий дождь. Уже шесть дней, как десятками киловатт возносил Яма молитвы, но состояние атмосферы не позволяло им быть услышанными в Горних. Сквозь зубы он помянул самых что ни на есть банальных божеств плодородия, взывая в основном к их наиболее прославленным в народе Атрибутам.
Раскат грома был ответом, и помогавшая ему обезьяна хихикнула.
— У твоих молитв и твоих проклятий итог один и тот же, о Яма, — прокомментировала она. — То есть никакого.
— Чтобы это заметить, тебе потребовалось семнадцать перерождений? — сказал Яма. — Тогда понятно, почему ты все еще маешься обезьяной.
— Да нет, — сказала обезьяна, которую звали Так. — Хотя мое падение было и не столь впечатляюще, как твое, но все-таки и я вызвал вполне персонально окрашенную злобу у…
— Замолчи! — бросил Яма, отворачиваясь от него.
Так понял, что дотронулся до больного места. Пытаясь найти для разговора другую тему, он подобрался к окну, вспрыгнул на подоконник и уставился наружу.
— К западу отсюда в облаках просвет, — сообщил он. 
Подошел Яма, посмотрел, куда показывала обезьяна, нахмурился и кивнул.
— Ага, — сказал он. — Оставайся тут и корректируй.
Он подошел к пульту управления. Наверху, над их головами, лотос поспешно развернулся и уставился прямо в брешь, замеченную Таком среди плотных облаков.
— Отлично, — буркнул Яма, — что-то подцепили.
Он протянул руку к одной из контрольных панелей, пощелкал кнопками и клавишами, подстроил верньеры.
Под ними в монастырских подвалах, выдолбленных в толще скалы, зазвенел звонок, и тут же закипели приготовления, авральная команда заняла свои места.
— Облака смыкаются! — воскликнул Так.
— Это уже не важно, — ответил Яма. — Нашу рыбку мы подцепили. Из нирваны да в лотос, он грядет.

В течение многих жизней Так был архивариусом Небесного Града, но, как и Яма, впал в немилость. С тех пор эволюция для Пресветлого Копейщика Така повернулась вспять: его осудили на бесконечную череду перерождений в теле обезьяны. Конечно, это не самая плохая карма, могло быть и хуже. Его могли просто без лишних разговоров обречь на подлинную смерть, как это попытались сделать с Ямой-Дхармой. Но всё же питаться одними бананами до скончания века — нет уж, спасибо.

А ведь вышло всё по глупости, если задуматься. Ибо чем ещё, как не глупостью, можно назвать проявление дурацких сыновних чувств к человеку, который наверняка и не помнил, что в одной из своих многочисленных жизней стал отцом Така от Архивов. Впрочем, не в одних сыновних чувствах дело. Многие сочувствовали тому, кого Так полагал отцом, — как люди, так и боги; в результате так или иначе поплатились все, просто богам ниже падать. Вот бывший архивариус Небесного Града и упал ниже человека — до обезьяны.

Не менее жестокую карму прописали и некогда прекрасной Ратри, богине Ночи, — ныне её атман(***) обременялся телами исключительно тучными и безобразными.

- Естественным путем дела в порядок не придут, нам не обрести былого, Пресветлый Копейщик Так. Мы должны проложить наш собственный путь.
— О чем ты говоришь? — спросил он и добавил: — Сэм?
Она кивнула:
— И никто иной. Он — наш оплот против Небес, дорогой Так. Если удастся призвать его, у нас появится шанс еще пожить.
Потому-то ты и рискнула, потому-то положила голову в пасть тигра?
— Почему же еще? Когда нет никакой реальной надежды, нужно чеканить собственную. Даже и фальшивая монета может сгодиться.
— Фальшивая? Ты не веришь, что он был Буддой?
Она усмехнулась.
— Сэм был величайшим шарлатаном на людской — да и на божественной — памяти. Однако и самым достойным противником, с каким когда-либо сталкивался Тримурти. Почему тебя так шокируют мои слова, архивариус? Ты же знаешь, что он позаимствовал и структуру, и материю своего учения, путь и достижение, даже одеяние из запрещенных доисторических источников. Это было просто-напросто оружие — и ничего более. Главной его силой было его лицемерие. Если бы мы могли вернуть его…
— Леди, святой ли, шарлатан ли, но он вернулся.
— Не шути со мной, Так.
— Богиня и леди, я только что покинул Владыку Яму, когда он отключал молитвенную машину, хмурый от успеха.

Многие боги, забывая почему-то про свою собственную сущность, называли Сэма шарлатаном. Но людей было больше, чем богов. И многие люди верили в то, что он был Буддой, Просветлённым; нередко его имя — Сэм — почтительно расширяли до Махасаматман. Что касается атмана, то тут они попадали пальцем в небо, ибо Сэм и в самом деле был шарлатаном. Но был он также и великим, поскольку не побоялся выступить против могущественных богов. Решающую битву он, однако, проиграл и был осуждён за свой бунт Властителями Кармы.
Сейчас, вновь возвращённый к жизни в человеческом теле, он лежал на кровати в монастыре богини Ратри и вспоминал.

- Так все и было. Твое прошлое явственно легло перед ними. Тебя судили. — Яма поглядел на монахов (склонив головы, они сидели теперь прямо на полу) и понизил голос: — Дать тебе умереть подлинной смертью означало превратить тебя в мученика. Дозволить тебе разгуливать по миру — в какой бы то ни было форме — значило оставить открытой дверь для твоего возвращения. И вот так же, как и ты позаимствовал свое учение у Гаутамы из иного места и времени, так и они позаимствовали оттуда же рассказ о том, как окончил он свои дни среди людей. Тебя осудили и признали достойным нирваны. Твой атман был перенесен не в другое тело, а в огромное магнитное поле, что окружает нашу планету. Минуло более полувека. Ныне официально ты — аватара Вишну, чье учение было неправильно истолковано некоторыми из наиболее рьяных твоих последователей. Лично же ты продолжал существовать лишь в форме самосохраняющейся системы магнитных волн разной длины, которую мне и удалось уловить.
Сэм закрыл глаза.
— И ты посмел вернуть меня назад?
— Да, это так.
— Я все время осознавал свое положение.
— Я подозревал об этом.
Глаза его, вспыхнув, широко открылись.
— И тем не менее ты посмел отозвать меня оттуда?
— Да.
Сэм опустил голову.
— По справедливости зовешься ты богом Смерти, Яма-Дхарма. Ты отобрал у меня запредельный опыт. Ты разбил о черный камень своей воли то, что вне понимания, вне великолепия, доступных смертным. Почему ты не мог оставить меня, как я был, в океане бытия?
— Потому что мир нуждается в тебе, в твоем смирении, в твоем благочестии, в твоем великом учении, в твоем макиавеллском хитроумии.
— Я стар, Яма, — промолвил тот. — Я так же стар, как и сам человек в этом мире. Ты же знаешь, я был одним из Первых. Одним из самых первых, явившихся сюда, чтобы строить, чтобы обустраивать. Все остальные ныне мертвы — или стали богами — dei ex machini… Этот шанс выпал и мне, но я прошел мимо него. Много раз. Я никогда не хотел быть богом, Яма. На самом деле. Только много позже, когда я увидел, что они делают, начал я копить силы. Но было уже поздно. Они были слишком сильны. Теперь же я просто хочу спать, спать вечным сном, вновь познать Великий Покой, нескончаемое блаженство, слушать песни, которые поют звезды на берегу великого океана.
Ратри нагнулась и заглянула ему в глаза.
— Ты нужен нам, Сэм, — сказала она.

Сэм это знал. Сэм также знал, что непременно выступит против Тримурти и прочих божеств. Никуда он от этого не денется. Не захочет деться. Ибо такова была его карма — истинная карма, — что бы там ни думали по этому поводу те, кого называли её Властителями. Но прежде чем Сэм вновь примется действовать, ему нужно вспомнить всё.

Что именно вспомнит Сэм, которого называли Махасаматманом, Буддой, Калкином, а также Князем Света, — вам придётся прочитать самостоятельно, если вы этого до сих пор почему-то не сделали. Я и так рассказал здесь слишком много, что даёт внимательному читателю возможность сделать массу выводов относительно предыстории. Раскрывать все ключевые моменты, однако, было бы просто свинством по отношению к таланту Роджера Желязны: он и сам не любил всё заранее разжёвывать читателю, раскидывая ненавязчивые намёки буквально по всему тексту и не особенно заботясь о том, чтобы повторять их лишний раз для тех, кто любит «проглядывать» описания.

Собственно, только этим я и могу объяснить мнение определённой группы людей, считающих, что именно с «Князя Света» Генри Лайоном Олди был содран «Чёрный Баламут». Я уже объяснял, почему считаю это глупостью, поэтому повторяться не буду. Скажу только, что нужно просто читать книги более внимательно. Конечно, это не просто осуществить: что «Князь Света», что «Чёрный Баламут» написаны в манере, далёкой от прямолинейности большинства современных «фантастических» киноподелок Голливуда, и, к тому же, предполагающей наличие у читателя определённой базы знаний, — ну да это беда не авторов.
Кстати говоря, не удержусь — и запущу булыжник-другой на грядки некоторых издателей, излишне откровенничающих в аннотациях к произведениям. Не знаю, какая книга попадётся вам — я, к счастью, владею изданием с аннотацией, рассказывающей о самом Желязны, — но на всякий случай настоятельно рекомендую: не читайте аннотаций. По крайней мере, заранее. На ценность произведения они не влияют, а вот удовольствие от прочтения могут снизить.
Что же до самого романа, то замечу, что, по причине экономии времени, я нечасто перечитываю книги, а если и перечитываю, то только достойные. Эту — перечитал. Вполне возможно, что не в последний раз. Помимо непрямолинейности манеры написания, «Князь Света» привлекает неиссякаемостью фантазии и широтой эрудиции автора, а также выдержанностью стиля. И хотя я прочитал лишь несколько из многочисленных произведений Роджера Желязны, уверен, что «Князь Света» является одним из лучших его романов.

--------------
Примечание: Исповедующим индуизм свойственно представление о том, что вечная индивидуальная душа (атман) стремится к слиянию с мировой душой (брахман). Этому слиянию мешает поток непрерывно меняющихся конечных проявлений материального природного бытия (пракрити). На пути к конечному спасению атман переживает непрерывные перевоплощения, каждая форма которого определяется кармой, судьбой, создаваемой поступками самого человека. (прим. SeaBreeze)

by Игорь Крейн

Библиография писателя на FantLab.ru




Sпециалисты - это писатели, которым перед написанием произведения пришлось хорошо проштудировать следующие науки и пласты культуры:

Авторское право: Робинсон Спайдер, Жизнь коротка, Hugo-1983
Астрофизику, психоаналитику: Пол Фредерик, Врата, Nebula-1977, Hugo-1978
Буддизм, индуизм: Зелязны Роджер, Князь света, Hugo-1968
Графологию: Уилхельм Кейт, Навеки твоя, Анна, Nebula-1987
Дельфинологию, хайку: Брин Дэвид, Поднимается звездный прилив, Nebula-1983, Hugo-1984
Квантовую механику: Уиллис Конни, В отеле Риальто, Nebula-1989
Лингвистику: Чан Тед, История твоей жизни, Nebula-1999
Мифологию: Гейман Нил, Американские боги, Nebula-2002, Hugo-2002
Нейрохирургию: Сойер Роберт, Смертельный эксперимент, Nebula-1995
Психологию, бонсаи: Старджон Теодор, Медленная скульптура, Nebula-1970, Hugo-1971
Религию: Морроу Джеймс, Библейские истории для взрослых. №17: Потоп, Nebula-1988
Социологию, религию: Хайнлайн Роберт, Чужак в чужой стране, Hugo-1962
Социологию, религию: Херберт Френк, Дюна, Nebula-1965, Hugo-1966
Теологию, психологию: Кард Орсон Скотт, Голос Тех, Кого Нет, Nebula - 1986, Hugo - 1987
Фотографию, кинологию: Уиллис Конни, Последняя из Виннебаго, Nebula-1988, Hugo-1989



© 2003-2007 OutZone | Разработка сайта: SeaBreeze | 2004 г. |
Клаcсифaйды: Здесь можно купить бесконтактные выключатели по выгодным ценам.